Луи Бриньон - Испанская невеста [Легенда о Габриель]

— Здесь ты прав…

Энрико долго осмысливал услышанное. Всё что угодно, только не рудники. Он уже сейчас почти перестал себя уважать, а что будет потом, — он провёл левой рукой по своему лицу. Борода становится всё длинней. Ему очень захотелось посмотреть на себя. Каким он стал? И что бы сказала Габриэль, увидев его? Габриэль… — одно это имя заставляло его забыть обо всём. Она оставалась самым ярким впечатлением его прошлого. «Интересно, что она сейчас делает? — с грустью думал Энрико. — Верно, воюет с несчастным доном Алессандро и своей сестрой Дианой. Хорошо, что дон Алессандро не пришёл на дуэль. Я бы не простил себе, случись с ним что. Как она их обозвала? Кажется «болван и ослица»… мало кто способен так метко оскорблять других людей, да ещё при собственных родителях. А чего стоили её слова по поводу…языка? И где она всему этому научилась? Ах…да, слышала как матросы ругаются. Эти все как один виртуозы…0 чём я думаю? — оборвал ход своих мыслей Энрико, — только бежать, только бежать…никаких иных мыслей. Надо искать выход…». Опираясь спиной о столб, Энрико начал подниматься. Послышался звон цепей. Ансельм встрепенулся. Сразу же раздался его голос:

— Ты что делаешь?

— Может, здесь есть гвоздь… — Энрико тут же издал глухой стон. В груди появилась резкая боль. Преодолевая её, он сумел встать на ноги, а затем начал ощупывать столб левой рукой. Эти действия вызывали новые приступы боли по причине того, что приходилось ещё и поднимать цепь. Но Энрико

продолжал обследовать столб. Пальцы почти сразу же натолкнулись на железную шляпку. Он ухватил её пальцами и попытался вытащить, но ничего не получилось. Гвоздь крепко сидел в дереве. Он попытался расшатать его, но и здесь его ждала неудача. Однако он не отчаивался и продолжал свои усилия. Неожиданно корабль резко качнуло. Он не смог удержать равновесие и повалился на пол. Ансельм тут же бросился ему на помощь. Боль стала почти невыносимой. Скрепя зубами и с помощью друга Энрико сел на прежнее место, чтобы тут же услышать совет от Ансельма.

— Не глупи, Энрико. Здесь кузнец нужен. Гвоздём руки и ноги от кандалов не освободить). Лучше береги силы для подходящего случая. Он непременно представится.

— Не могу, — прошептал Энрико, — во мне всё восстаёт против унижения. Я попытаюсь убить одного из них, может тогда всё закончится.

— Не надо терять надежды. Возможно, король сможет нам помочь. Мы верно ему служили, так неужели он оставит нас сейчас?

— Король, — с горечью повторил Энрико, — он находится едва ли не в худшем положение. Да и откуда он узнает о нашем пленении. Нам никто не поможет, никто…

Глава 24

Огромный алтарь, отливавший золотым блеском, ангелы и святые в нишах, инкрустированные колоннады, но более всего статуя Богоматери…завораживала взгляд. Она словно благословляла тех, кто поднимал на неё свой взгляд.

Облачённая в чёрное платье, с чёрной вуалью на лице, Г абриэль стояла на коленях перед алтарём и не сводила одухотворённого взгляда со статуи Богоматери. Слова молитвы никак не шли на ум. Ей хотелось о многом поведать, но она не могла найти нужных слов. Она долго молчала, но потом всё же устремила умоляющий взгляд на статую и прошептала:

— Только ты можешь понять мою душу. Смиренно склоняясь пред тобой, молю о милости. Я не прошу чуда. Я живу, пока верю и погибну, если не останется надежды. Не отнимай её у меня.

Г абриэль осенила себя крестным знамением, поднялась с колен и, бросив последний взгляд на алтарь, пошла к выходу из собора. Снаружи её ждала карета. На ней она и отправилась домой. Там она первым делом сменила чёрное платье на бордовое, а затем, не перемолвившись ни с кем ни единым словом, взяла приготовленные заранее деньги, снова села в карету и отправилась в порт. Спустя чуть менее часа она уже стояла возле небольшого судна с названием «Святой Доминик». Завидев её, Санчо спустился по трапу и помог подняться на борт. На корабле её встретили тридцать пар глаз, глядевших с настороженностью. Все моряки выстроились перед единственной мачтой с опущенными парусами в один ряд, словно на смотре. Одежда на них оставляла желать лучшего, но это обстоятельство волновало Габриэль менее всего. Корабль слегка покачивался. Девушка, не привыкшая к такого рода перепадам, едва не упала, чем вызвала приглушённые смешки среди своей команды. Санчо бросился было на помощь, но Габриэль повелительно вытянула вперёд руку, останавливая этот порыв. А затем на глазах у всех передала ему три мешочка. Это действие произвело на команду неизгладимое впечатление. Они не были уверены, что она сдержит своё слово. Приходилось лишний раз убеждаться в том, что стоявшая перед ними девушка полна решимости довести дело до конца.

— Раздели поровну, — громко сказала Габриэль обращаясь к Санчо, — и это только малая часть. После того как мы сбудем товар, вся прибыль будет так же разделена. Я получу столько же, сколько каждый из вас.

На этот раз раздались радостные крики. По просьбе Санчо, Габриэль подошла ближе к строю. Санчо стал ей представлять одного за другим.

— Это «Бочонок»! Моряк из него никудышный, но в вопросах приготовления еды ему нет равных. — «Бочонок»? У него что, имени нет? — Габриэль с подозрением смотрела на низенького толстяка с бородавкой на носу. Тот в ответ открыто улыбнулся.

Вокруг неё раздался весёлый смех. Габриэль было нахмурилась, но тут заговорил Санчо:

— Он сам не помнит своё имя. И как бы сказать вам, сеньора… — Санчо замялся.

— Сеньорита Габриэль, — поправила она и, бросив выразительный взгляд на команду, добавила: — Меня все так должны называть. Или капитан. Оба варианты хороши. Так что ты хотел сказать, Санчо? — она снова обернулась в его сторону.

— У нас принято называть человека по прозвищу!

— Вот как? — удивилась Габриэль. — Так Санчо не настоящее твоё имя?

— Нет!

— Не совсем понятно, ну да ладно. Кто у нас следующий?

На этот раз Габриэль нахмурилась. Перед ней стоял пожилой мужчина с простеньким лицом.

Седые волосы торчали во все стороны. «Похож на астролога», — подумала Габриэль, оценивая своё приобретение. У неё появилось ощущение, что Санчо набрал самых худших моряков из тех, кто вообще находился в Севилье. Заметив её взгляд, Санчо как бы невзначай заметил:

— Этот человек самый нужный. Его имя «Звездолов». Оставьте его без карты и компаса в любом месте Средиземного моря, и он без труда найдёт путь только по звёздам. Этот человек всю жизнь провёл в плаваниях и знает больше, чем все мы вместе взятые.